Уважаемые пользователи портала! Если Вы по каким то причинам утеряли свой пароль, то воспользуйтесь специальной формой для восстонавления доступа к акаунту. Также Вы можете зарегистрироваться на нашем портале.
,
Курс валют предоставлен сайтом kursvalut.com
.

Я прожила хорошую жизнь...


0

25 сентября 2010
Количество просмотров: 1396
   

Я прожила хорошую жизнь...29 сентября исполняется 40 дней, как нет с нами Веры Алексеевны ПИЛОСЯН (см. “В” от 24 августа).
Не у кого спросить. Не к кому прийти. Некому рассказать.
И как рассказать о ней? Она была слишком хорошей, чтобы те, кто не знал ее, поверили в это.
Красивая необыкновенно. Даже в возрасте. Даже со всеми недомоганиями и болезнями, которыми никогда никого не обременяла.

Говорила: «Не могу больше лечиться, устала и бесполезно, но все-таки буду. Ради своих близких». Не любила жаловаться. «Жалобой неосторожной утомить кого-нибудь».
Муж рассказывал, что, проведя ночь без сна, полную боли и страха, утром разговаривала со своими подругами так, что никто и не догадывался ни о чем.
Друзья. Их было множество – детства, школьные, институтские, по работе. Все сохранились. Всех умела выслушать, понять, угостить, обогреть. Знала уже их родных – от родителей до внуков.

В нашу последнюю встречу в реанимации расспрашивала меня о моих муже, сестре, дочери. Ей было по-настоящему интересно. За несколько часов до смерти.
У нее был удивительно ясный ум, прекрасная память, обширнейшие знания – ну все знала! Друзья обращались к ней по самым разным поводам, за любой справкой.

Все умела делать – вязать, шить. Ну а как готовила, это уж весь город знает!
Очень много читала. Помнила все до мелочей. Понимала все тонкости. Обожала острое словцо, сказанное к месту, сама тоже говорила ярко. «Писает через шелк» – о человеке манерном, излишне чопорном.

Была великодушна, любила людей, «не рассматривала их под микроскопом» – тоже любимое ее выражение. Не застревала на мелочах, на многое не обращала внимания, не была обидчивой. Главным в человеческих отношениях считала умение любить и быть преданным.

…Вера Алексеевна любила музыку и солнце. И сама была светлым, гармоничным человеком.
В эту нашу последнюю встречу она успела в последний раз позаботиться обо мне, сказав: «Не убивайся по мне, я прожила хорошую жизнь».

Л.ЖИВОТОВСКАЯ,
на фото из семейного архива Пилосян Вера Алексеевна с внучкой Верой, названной в честь бабушки


По совету друзей Вера Алексеевна Пилосян стала продолжать писать свои «Записки иркутской бабушки», так тепло принятые ангарчанами в нашей газете.
Увы, нездоровье не позволило ей довести их до наших дней.
Успела только одну главу, описав то тяжелое для каждого из нас время, когда мы жили бедно и плохо, но верили, что всё будет хорошо.
Редакция газеты «Время» искренне благодарит семью В.Пилосян за возможность познакомить наших читателей с этой рукописью.


ПЕРЕСТРОЙКА

Как только острословы не называют этот период в нашей жизни – катастройка, перестрелка и т.д. Действительно, это время было особенным. Все поняли, что жить так, как жили, уже невозможно. Исчерпаны все ресурсы – и материальные, и моральные. М.С.Горбачев, бывший тогда секретарем ЦК КПСС, решил перестроить шатающуюся идеологическую и хозяйственную структуру страны, придать социализму человеческое лицо, какое имеется, к примеру, в Швеции. Тогда уж точно наконец заживем, как обещано, в коммунизме.

Конечно, никто, даже Горбачев, не мог представить, до какого состояния была доведена наша несчастная страна. Говорили о каком-то сговоре: все есть, но все спрятали куда-то злодеи, вот поэтому мы так и мучаемся. То, что продукция наша никому не была нужна вследствие отсталости производства, власти, по-видимому, в голову не приходило.

Стало очевидно, что обещанного коммунизма ждать не приходится. Да и в привлекательности постулатов о всеобщем благоденствии, равенстве и «каждому по потребностям» мы к тому времени очень засомневались и имели свое собственное мнение – все это бред воспаленного разума, который кипит, но ничего путного не варит. К этому времени стали пустеть и без того весьма скудные витрины магазинов. «Временные» талоны, введенные в 1980 году, грозили стать постоянной практикой распределения необходимого ассортимента еды и всего того, без чего не прожить. Месткомы и профкомы распределяли даже китайские носовые платки, которые манили яркой картинкой, какой не было у нас никогда.

При распределении дефицита разыгрывались шекспировские драмы – с воплями, выяснением справедливости в попытках понять, почему один человек получил пять штук заветных платочков, а другой ни одного. Дело в том, что товара было меньше, чем жаждущих, и на последнем этапе распределения кидали жребий. «Жребились» по-простому, по старинке – бумажки складывали в шапку, и кто-то вытягивал заветный клочок бумаги со знаком +, а кто-то пустой . Вот тут-то проигравшие вспоминали, что на работу на свое предприятие они поступили раньше некоторых, работали лучше, и вот награда за все – где же правда?!

В эти же годы возникла еще одна уродливая реальность, называемая фарцовкой. Те ничтожные количества любого товара, что пускали в свободную продажу, купить было невозможно без риска для жизни. На очередь, смиренно толпящуюся возле заветных коробок с сапогами, налетала «фарца» - стая отморозков, которые вскакивали на плечи стоящих в очереди и пробегали по живой стене к прилавку. Продавцы с ними боялись связываться, и сапоги исчезали молниеносно, чтобы потом втридорога объявиться на барахолках.
С продуктами было в этом смысле просто – не было ничего. Чтобы отоварить талоны и получить на месяц 1 кг мяса и 0,5 кг колбасы неизвестной этиологии, нужно было побегать. Нормы в разных городах отличались, где чуть побольше, а где и еще меньше.

Хорошо помню картину 1990 года. Магазин, называемый «У Аэрофлота». Длинное, кишкой, помещение, прилавки с одной стороны, окна с другой. В одной части магазина стоят старухи, ждут, что отоварят талоны на соль. Некоторые из них сидят на пустых решетчатых ящиках, в которых возят тетрапаки с молоком. Все молчат. Ждут. Витрины холодильных прилавков абсолютно, девственно чисты. Только в самом конце прилавка стоит молоденькая черноглазая девчушка-продавец, перед ней на пустом прилавке стоит старый алюминиевый поддон, на котором сиротливо лежат несколько ржавых селедок.

Одновременно с исчезновением товаров наступила еще одна напасть: зарплаты и пенсии вовремя не платили, на почте стояли огромные толпы за ними. Схема ведения домашнего хозяйства стала жесткой и простой одновременно: платим за квартиру (это обязательно!), делим оставшуюся сумму на число дней, которые нужно прожить до следующих денег, и твердо знаем, что из этой наличности нельзя выскакивать ни под каким видом. Я завела тетрадку, куда записывала все расходы и покупки с точностью до рубля. Это было довольно сложно, так как суммы, которыми мы оперировали, были миллионными. В магазин я ходила с калькулятором, ибо донести от отдела до кассы всю эту цифирь не было никакой возможности. А в отделах продавцы деньги не принимали (как правило).

К 1993 году, после распада СССР, как-то удивительно быстро магазины наполнились товарами. Уличная торговля была разрешена президентом Б.Н.Ельциным, и улицы городов превратились в сплошные торговые ряды. Торговали все и чем угодно. Кто выносил табуретку и раскладывал свой товар, кто ставил ларек, сколоченный из незнамо каких огрызков досок, ящиков, листов жести, фанеры.

Купить что угодно можно было буквально у подъезда. Так, на выходе из нашего двора с табуретки, на которую был положен лист фанеры, торговала милая женщина Таня. Продавала она баночки консервов, пельмени, конфеты, печенье. Зима, холодная и ветреная, а она с утра до сумерков сидит на каком-то ящике, одетая в ватные толстенные брюки, пуховик, валенки. Лицо пылает от мороза, время от времени она танцует около своей табуретки и постукивает валенком об валенок, чтобы как-то согреться. Иногда я выносила ей горячий кофе и какие-нибудь оладьи или пирожки с картошкой со сковородки, не могла видеть, как она мерзнет. Спустя много лет на улице ко мне бросилась женщина, обняла меня, и я узнала ее – Таня! Обе были рады встрече, вспомнили «веселые» времена, и я рада была узнать, что она выбралась из той жуткой ямы, в которую попала, лишившись работы и оставшись с детьми без мужа.

Рядом с Таней торговала старушка – у нее были носки, шнурки для обуви, спички.
На крыльце «Детского мира» (теперь ТД «Пальмира») продавали прессу (весьма желтую), какие-то порнушки – карты, плакаты с полуголыми американскими красотками с невероятными бюстами. Украшением этого торгового разгула была очень красивая молодая женщина, продававшая свежие цветы. Моя внучка Верушка (ей было тогда лет 6) была просто очарована красавицей в красном костюме, окруженной ведрами с цветами. Однажды, когда мы с ней пошли за покупками, она поднялась по ступенькам, уставилась на девушку своими голубыми глазищами и произнесла следующее: «Я думаю, что такие красивые цветы должна всегда продавать такая же красивая девушка, как вы».
Информация
Чтобы высказаться, нужно зарегистрироваться! Регистрация здесь.

Реклама


ВНИМАНИЕ!
ГАЗЕТА "ВРЕМЯ"
НАБИРАЕТ
РЕКЛАМНЫХ АГЕНТОВ
МОЛОДЫХ
И ДЕРЗКИХ! ___________________________
ТРЕБУЕТСЯ ПОЧТАЛЬОН.
30, 31, 33, 34, 120,
91, 80, 88 кв.,
Байкальск.
Тел. 52-29-55. ___________________________
ДРОВА.
ДОСТАВКА.
тел. 8-902-764-72-81.

Архив новостей

«    Декабрь 2016    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
Статей за Декабрь 2016 (47)
Статей за Ноябрь 2016 (409)
Статей за Октябрь 2016 (386)
Статей за Сентябрь 2016 (423)
Статей за Август 2016 (457)
Статей за Июль 2016 (438)