Официальный сайт Ангарской газеты «ВРЕМЯ»

» » Никогда не сдавайтесь!

Никогда не сдавайтесь!

Собеседник
1 063
0
Александр ЛЕШУКОВ:

В 2005 году в Ангарске в честь 60-летия Победы в Великой Отечественной войне издали книгу «34005 часов войны», в которую вошли воспоминания 1283 участников тех событий. До 70-летия Победы дожили чуть больше 200 ангарских ветеранов. Один из них – гвардии сержант Александр ЛЕШУКОВ – участник боев на Курской дуге и «Сталинграде на Днепре», награжденный за свои подвиги медалью «За отвагу» и орденом Отечественной войны 1-й степени.

- Александр Александрович, где вас война застала?

- В школе села Мостовка Курганской области. Я там с 15 лет учителем работал. В 1939 году в стране начинался всеобуч, а преподавателей не хватало.

Вот меня после окончания восьмого класса и направили в Каменское педучилище на трехмесячные курсы. Узнав о всеобщей мобилизации, все ребята-комсомольцы пошли в военкомат на фронт проситься. Нам тогда сказали: «Повзрослейте немного. Когда ваша очередь подойдет долг Родине отдавать, мы вас обязательно позовем». Нам же тогда по 17 лет было.

- И когда про вас вспомнили?

- Меня призвали в армию в январе 1942 года. Направили в Троицк в авиатехническое училище, эвакуированное из Ленинграда. Однако техника из меня не получилось. Зима выдалась холодная. Я простыл и заболел воспалением легких. Меня отправили домой лечиться. В августе вторично призвали. Семь месяцев проучился в городе Березняки, это на Урале, в Ленинградском пехотном училище. Всех курсантов в марте 1943 года отправили на фронт. В эшелонах нас довезли до станции Елец. Дальше железной дороги не было. Пешком шли.

- Боевое крещение где приняли?

- И первый бой, и первое ранение, и первую награду – все получил на Курской дуге. Враг бросил на наши позиции огромные силы. Впереди шла их новая боевая техника: танки «тигр» и «пантера». Их наступление поддерживалось с воздуха сотнями самолетов. Земля горела. Небо, озаряемое залпами тысяч орудий, почернело от дыма и пыли. С 5 по 12 июля 1943-го шли ожесточенные бои. Смешалось все: авиация, артиллерия, пехота. Своих позиций никто не хотел сдавать. Но мы-то были на своей земле, поэтому и сумели выстоять. Меня в районе реки Зуша ранило в руку. Мне сделали перевязку и велели сопровождать в медчасть секретаря комсомольской организации, который не мог двигаться из-за того, что ему вражеская пуля по спине прошлась. Раненых было очень много. Тех, кто мог сам ходить, направляли пешком на станцию, а оттуда в Тулу, в госпиталь.

После лечения меня назначили командиром минометного расчета в составе отдельного минометного полка, входящего в состав двадцатого танкового корпуса седьмой гвардейской Сталинградской механизированной бригады. Мы участвовали в окружении и уничтожении Корсунь-Шевченковской группировки немцев. Эту наступательную операцию, длившуюся с 24 января по 17 февраля 1944 года, называют «Сталинградом на Днепре», потому что она походила, пусть и в уменьшенном масштабе, на то, что осталось от немецкой армии в Сталинграде.

- Страшно было?

- Какой страх? Я ж не один. Рядом бойцы, командиры. Вместе-то мы – сила. А вот переживания, конечно, имели место. Стояли на Украине под Вишневкой в кукурузном поле. Наши танки вышли из строя. Надежда была только на себя. Строили противотанковые укрепления, окапывались, занимали оборону. А что такое занять боевую огневую позицию, знаете? Это подготовить окоп для своего 120-миллиметрового миномета: вырыть яму диаметром два метра и глубиной полтора метра. Едва рассвет забрезжил, самолеты полетели. Смотришь на небо и ждешь: мимо пролетит или спустится к земле и обстрел начнет. Как только идет на снижение, прячешься в укрытие. Может, это и был страх. Я не знаю. Главное, что мысли отступить даже не проскальзывало.

- Это правда, что снаряд дважды в одну воронку не попадает?

- Если снаряды выпущены из одного орудия, то, конечно, не попадут. Миномет же с каждым новым выстрелом дает отклонение на несколько градусов от прежнего курса. Да и зачем стрелять в ту же точку, где уже все уничтожено? Верите, 70 лет прошло, а я весь свой минометный расчет, состоящий из семи человек, по имени и фамилии помню? Мечтал их найти. Внук в программу «Жди меня» писал, фотографии отправлял. Да, видно, до 91 года, как я, никто больше не дожил.

- Много городов освободили?

- Некогда считать-то было. Двигались все время вперед и вперед. Кировоград, Звенигородка, Умань – это в Корсунь-Шевченсковском котле на Украине.

Белоруссия. Люблин и Бреслау в Польше. В Глогау встретили известие о Победе. Нам перед Первомаем разрешили в лесу землянки копать. Я между ними грядок наделал. Мы их песком засыпали и написали на нем «Да здравствует 1 Мая!». А 9 мая стрельба началась и крики «Победа!». Мы тоже кричали. Радовались, конечно. Песни пели. Правда, нашу дивизию еще в Польше оставили. Поселили в лагере, где Паулюс свою шестую армию формировал. Офицерам разрешили семьи привезти. Жены вместе с детьми приезжали. Заместитель командира бригады по политической части мне, как молодому коммунисту, имеющему опыт работы с учениками, предложил организовать школу. Так что я в Польше на год задержался. Детей учил и сам учился.

- Небо после объявления Победы сразу стало мирным?

- Какое там! Бандеровцы повсюду хозяйничали. Они останавливали машины и убивали водителей. Нам по одному в город не разрешали ездить. Только группами и обязательно с сопровождающим. Я с пионервожатой собрался в магазин, чтобы купить канцелярию к школе. Поехали вместе с командой, которую ждали на соревнованиях. К нам присоединился пожилой майор – многодетный отец, которому разрешили самым первым на Родину вернуться. Он хотел семье подарков купить. Сопровождающий нас капитан оставил всю группу в комендатуре, а сам с отставным майором отправился в парикмахерскую. Потом они зашли в кафе перекусить. Сделали заказ. Их так за столом и убили.

- Вы из Польши домой ничего не прихватили?

- Хотел аккордеон трофейный взять, на котором в День Победы играл. У него несколько клавиш были сломаны. Я на их место клавиши с пианино поставил. Только инструмент у меня на время офицер попросил. Сказал, что внучке покажет и вернет. Да так и уехал с ним. Я, признаться, самоучка. Моей первой гармошкой была книга. Я ее раскрывал веером и перебирал пальцами, напевая вслух мелодию. Отец это заметил и гармонь для меня из Тулы выписал.

- Вам с кем-нибудь еще, кроме немцев, воевать приходилось?

- Так ведь жизнь – это и есть борьба. Я воевал с неграмотностью, с болезнями, с самим собой. До сих пор, к счастью, из всех боев удавалось выходить победителем.

- Чему вы учили своих учеников?

- Учил детей не бояться трудностей и доводить начатое дело до конца. Говорил им: если не получилось с первого раза, это не означает, что не получится совсем. Я и ангарчанином не с первого раза стал. В 1964 году отдыхал на курорте «Аршан» и заехал в Ангарск к двоюродному брату. Мне город понравился. Квартиру быстро дали. Я три года в школе № 29 проработал. Потом по семейным обстоятельствам вернулся на Урал. Обратно в Ангарск уже пенсионером приехал. Сын к себе забрал, когда я заболел сильно. Приехал и увидел объявление: «В МСЧ-28 требуется столяр». Пошел, хотя пенсия у меня была неплохая. Но работа нужна ведь не только ради денег, а и для того, чтобы приносить пользу обществу, пока силы есть. Их еще на 18 лет хватило.

Галина ЛЕМЗЯКОВА,
фото Николая СТЕРНИНА
Материал к публикации подготовил Администратор.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.