Официальный сайт Ангарской газеты «ВРЕМЯ»

» » ЕСТЬ ПОВОД: АНГАРСКУ – 67

ЕСТЬ ПОВОД: АНГАРСКУ – 67

Общество
1 209
0
За что ангарчане любят наш город

Надежда ЛАПОВА, заслуженный тренер РФ, тренер по лёгкой атлетике ДЮСШОР «Сибиряк», 66 лет, в Ангарске с 1979 года:

Слепая лошадь
Все дороги ведут в ДЮСШОР


Надежда ЛАПОВА видит спортсмена по глазам и по коленкам.

- Когда в 1979 году мы с мужем меняли комнату в самом центре Новосибирска на однушку в Ангарске, все наши знакомые были уверены, что мы сошли с ума. Пожалела ли я с тех пор? Ни капельки!

Первые три года Ангарск испытывал меня: зачем приехала? Мне тогда было 27, с 23 лет в Новосибирске я уже работала директором спортивной школы. Но здесь с маленьким ребёнком на руках никто не хотел брать даже тренером. Был момент, когда уже пошла устраиваться санитаркой в больницу. Увидев мою трудовую, отказали, отправили искать дальше.

Когда, наконец, устроилась тренером в ДЮСШОР-1, в первом же наборе ребят мне попалась жемчужина: будущий серебряный призёр Олимпиады-92 в Барселоне Ирина БЕЛОВА. Сколько раз у меня пытались забрать спортсменку более опытные мастера! Что же, говорю, вы не замечали её, когда она только пришла – дохленькая и в очках? Отстояла! Сейчас Белова уже сама заслуженный тренер, моя гордость. Я всегда выбираю себе ребят по глазам и коленкам: глаза должны быть умные, а коленки худые. В Ире плюс ко всему был характер: еще в пятом классе она заявила, что поедет на Олимпийские игры, написала это желание у себя над кроватью.

Сравнивая юных ангарчан тогда и сегодня, понимаю, что будущее у города есть. Молодые все как один рвутся наверх, хотят пробиться. А значит, и город пробьётся.

Именно здесь, в Ангарске, я и состоялась как тренер. В 41 год уже получила «заслуженного». Дважды предлагали уехать в Москву с предоставлением там жилья, брали на работу в ЦСК – голубая мечта любого тренера! Каждый год на протяжении 10 лет меня звали работать в Кемерово. Но как я могла всё бросить? Я люблю этот город. Да и дети держат: сын, ученики. Они для меня и есть Ангарск. И весь город умещается в стареньком легкоатлетическом манеже в 95 квартале. Я ведь как слепая лошадь: где бы ни оказалась, всё равно приду сюда.

В конце девяностых всему тренерскому составу школы полгода не платили зарплату. Муж к тому времени ушёл из семьи. Денег не было даже на еду. Мои спортсмены знали это и приходили на тренировку… с продуктами! Именно благодаря им я смогла выкормить сына.

Никогда не ставила себе цели воспитать олимпийского чемпиона. Пусть этим занимаются в Москве. Всегда считала своей задачей делать из подранков, которые ко мне приходят, дохленьких и напуганных подростков достойных ангарчан. Хотела быть не просто тренером, а наставником. Сейчас в школах те, кто будет управлять этим городом уже завтра.

Ольга КНЯЗЕВА,
фото Николая СТЕРНИНА


Валерий СКВОРЦОВ, врач-уролог-андролог первой категории городской больницы № 1, 35 лет. В Ангарске с 2008 года:


Умели же строить!
Зачем переехал жить к соседям


Валерий СКВОРЦОВ влюблён в старый город.

- Я – коренной иркутянин. Первый раз в Ангарск приехал в 2007 году ради любопытства: интересно стало, как выглядит соседний город. Первым, что я в нем увидел, был трамвай с надписью «Ангарск – самый благоустроенный город России». Сейчас трамваи ходят так редко, что я с ними неделями не встречаюсь, хотя трамвайные пути каждый день пересекаю. Но 10 лет назад он произвел на меня такое впечатление, что я понял: хочу здесь жить! Тем более что мне как молодому специалисту сразу дали служебную квартиру.

Я влюбился в старую часть города. В ней дома кардинально отличаются от тех, что окружали меня всю предыдущую жизнь. В Свердловском районе Иркутска, за Синюшиной горой, где я жил с родителями, – сплошные девятиэтажки, похожие одна на другую. А тут 2-4 этажа, да еще с индивидуальной лепниной, как в Питере, где сейчас учится моя старшая дочь. У каждого дома свое настроение, свой характер. Лепные элементы можно рассматривать как отдельное произведение искусства: умели же строить красиво! А подсветка на домах была какая! Ты невольно голову поднимал от изумления и удивлялся еще больше: на крыше, огороженной красивым заборчиком, - трубы печного отопления…

Работая в поликлинике № 1, я устроился еще и в аптеку, хотел изучить ассортимент лекарственных препаратов и их цену, чтобы предлагать пациентам несколько вариантов на выбор. Мне повезло, что была вакансия в «домике» - аптеке в 75 квартале. Там я познакомился с будущей женой, и мы часто по вечерам гуляли по Карла Маркса. Или уходили в парк за ДК «Нефтехимик». Удивительное дело: выходишь после работы во двор, а там тишина такая, что можно различить отдельные фразы, доносящиеся из открытой форточки на первом этаже. Шагнул за массивную кованую калитку к «Миленькой» - и с головой окунулся в жизнь большого города, когда все куда-то спешат и останавливаются только рядом с «зеброй». Но стоит только завернуть за здание администрации, как снова наступает тишина, в которой летом отчетливо слышно, как стрекочут в траве кузнечики.

Я столько раз ходил пешком из первой поликлиники до аптечного домика и обратно, что, казалось, запомнил не только все изображения на спортивной школе «Победа», но и цвет штор в чужих окнах. И все же поразился, когда мне однажды показали, как на крыше «Джунглей» люди пьют чай. Оказалось, что это не только крыша бывшего кинотеатра, но и чей-то балкон с видом на парк. Разве в типовых многоэтажках такое возможно?
И когда мне пять лет назад настойчиво предложили освободить служебную квартиру в 30 микрорайоне, чтобы в больницу могли привлечь жильем новых молодых специалистов, я решил, что возьму квартиру в ипотеку только в историческом центре Ангарска. Ни в «квартале», ни в микрорайонах нет той теплой атмосферы, что царит здесь. Я квартир 20 посмотрел, прежде чем нашел свой дом. Он, как в сказке, стоит на перекрестке трех дорог: прямо пойдешь – на работу придешь, направо пойдешь – в парк за «Нефтехимиком» попадешь, налево свернешь – до парка строителей дойдешь. И все направления актуальны, есть где погулять с годовалым сыном.

У нас на улице Советской никогда не бывает пробок. Пешеходы по ней не бегут, а чинно прогуливаются. И именно здесь, в окружении зелени и красивой архитектуры, хочется жить долго и счастливо.

Галина ЛЕМЗЯКОВА,
фото Николая СТЕРНИНА


Людмила Ивановна ПЕТЧЕНКО, первый почтальон города, в Ангарске с 1947 года:


Сваха «Ангара»

Любовь работе не помеха


Вот так выглядела Люда ОБОРИНА (вверху), когда познакомилась с будущим мужем в «Ангаре».

- В Газстрое-16 (так тогда назывался будущий город) я оказалась в 14-летнем возрасте. Приехала не от хорошей жизни. Отца у меня не было. Мать репрессировали. Хорошо тетка меня с братом нашла и увезла в строящийся Майск. Там я в первый раз сумку почтальона и надела. Житуха голодная была, а тут оклад 42 рубля в общий семейный котел – большое подспорье! Правда, в почтари я попала не сразу. Сначала, сказали: «Девочка, паспорт получи. Война закончилась, и детей к станкам ставить больше не будут». Еле я дождалась своих 16 лет и чуть не вприпрыжку побежала в поссовет, здание которого на улице Иркутской и сейчас сохранилось. Только памятная табличка исчезла.

Днем пятикилограммовую сумку с «Правдой» и «Комсомолкой» таскаю (ангарчане тогда от хлеба могли отказаться, но не от подписки), вечером письма до востребования выдаю (адресов ведь еще не было), потом в вечернюю школу иду, а после занятий бегом на танцы (вход 10 копеек). В первом кинотеатре «Ангара» в Майске, где директором был известный Иван ЛЕЛЮК. Когда я своим внукам про такое плотное «расписание» рассказывала, они мне не верили. А тогда все барачные обитатели так жили, успевая при этом и влюбляться, и рожать, и план давать.


Та самая «Ангара», в Майске, где сложились семьи многих ангарчан.

Я о своей внешности больших иллюзий не питала. Сама кнопка и нос картошкой. Но в те времена нас, девчонок, было меньше, чем ребят. А если прибавить солдат, приходящих на танцы… В общем, никто из моих подруг не был обделен вниманием, и я тоже на танцах со своим Володей познакомилась, с которым вместе до конца его дней прожили.

А еще не могу забыть о первостроителях города. Когда я приехала, мы на месте будущего комбината маслята и рыжики собирали. И вдруг как-то пошли с лукошками, а нам солдаты винтовками машут: «Назад!» А у них за спинами бредут колонны с котомками. Женщины, мужчины. Русские, кавказцы, украинцы, немцы, литовцы… Первостроители.

Хотя грешить против правды не буду. Молодежь добровольно ехала в город эшелонами. И все высаживались в Майске (вокзала еще не было). И всем работа находилась. Я сама после почтовой сумки чего только не перепробовала. Кондуктор в первом рейсовом автобусе. Счетовод на стройке. Диспетчер в «скорой помощи»… И муж всегда при деле был. И квартиру дали. Бесплатно!

А ведь в юные годы я относилась к Ангарску как к очередному вынужденному, а поэтому временному жилью. Но… Выросла, родила, обжилась и увидела: Ангарск – это перспективный город. Жаль только, что с поправкой. Был перспективным. Но я все равно его люблю. Как и газету «Время», которую мне приносит почтальон Людмила Константиновна. Несмотря на плохое зрение, я решила продлить подписку. Ничего, продержимся!

Игорь КАРИН,
фото из архива
Людмилы ПЕТЧЕНКО


Дидара КОНГ, 44-летний фотограф, родом из Камбоджи, в Ангарске с 2000 года:

Финансы и романсы
Зачем Индокитай меняют на Сибирь


Дидара КОНГ любит бывать в парках и в лесу, но чаще всего ему приходится бывать в ЗАГСе. Работа такая.

- За что я люблю Ангарск? За то, что живу здесь, тут у меня семья, работа, друзья… Я попал сюда одним из последних по обмену студентов.
В 1999 году я окончил Иркутский нархоз по специальности «финансы», но ни дня по профессии не работал. Никому не нужен был экономист с плохим знанием русского языка. Вместе с годами обучения, получается, живу в России (задумывается в поисках подходящего слова. – Прим. ред.) четверть века.


Жену Наталью встретил во время учебы в университете, свадьбу отпраздновали после защиты диплома. Какое-то время пожили в Иркутске, а потом приехали в Ангарск, где у Наташи была квартира от родственников. Это и решило в пользу вашего города. Когда есть где жить, многие вопросы сразу отпадают.

У вас многое не так, как у нас. Смешно, но я долго не мог привыкнуть к сибирским деревьям. Они тут прямые, как палки: сосна, береза, ель… У нас они мощные и лианами обвиты.

А еще ваша еда. Я ведь так и не полюбил супы, картошку, каши, особенно гречку. Ем, конечно, но не наедаюсь так, как рисом, например. Или у нас желудок по-другому устроен? (Улыбается.)

Любимое место в Ангарске - парк строителей, особенно после того как его отремонтировали. Мы живем совсем недалеко. В свободную минуту вышел, и ты уже на природе, хотя и в центре города. Там хорошо дышится, деревья что-то особенное выделяют, и ощущение, что время идёт по-другому.

Ходим туда с младшей дочкой, Алиной, ей 5 лет (кроме неё, у нас двое старших детей). Дочка катается на велосипеде, а я сижу на скамейке. Мне бывает нужно побыть одному после свадеб и юбилеев, где я работаю фотографом.

Еще любим семьей гулять по дорожке вдоль поймы в парке имени 10-летия Ангарска. Это для отдыха. А для съёмок часто бываю в парке ДК «Нефтехимик».

Кафе не люблю… Меня эти кафе и клубы за время работы так достают (делает характерный, чисто русский жест ладони к горлу). Хотя… От знакомых слышал, что есть в Ангарске небольшое кафе, «Старая квартира» называется. Хорошее место, говорят.

Скучаю ли я по родине? Конечно. Обманывать не буду. Это моя родина, там тепло. В Камбодже у меня остались четыре брата и сестра. Родители уже умерли.

Первое время с женой и детьми часто ездили туда в гости, даже тестя с тёщей возил. Но последние пять лет пока не получается вырваться, работы много. Тут я по-прежнему единственный камбоджиец во всей Иркутской области. Знаю, что ближе всего к нам, в Новосибирске, живут еще два. Мы «своих» через соцсети сразу вычисляем и связь держим.

Записала Оксана ТИХАЯ,
фото из личного архива Дидары КОНГА


Александр СЕРЁДКИН, 74 года, краевед, в Ангарске с 1959 года:

Дома ручной работы

Место, которое удивляет


Практически ангарские пирамиды. Тот, кто укладывал эти камни, явно был сильнее современников.

- У меня в Ангарске немало любимых мест. Когда город рос и взрослел на твоих глазах, а ты вместе с ним, по-другому быть не может. Но есть и особенно дорогие места.

Если кто обращал внимание, в старой части города, по улицам Октябрьская и Иркутская, стоят не совсем обычные жилые дома постройки начала 50-х годов.

Когда я показываю их некоторым знакомым, те долго не могут понять, что в них необычного. В глаза это не бросается, но внимательные горожане всё же заметят. Ладно, не буду вас долго мучить. Их фундамент выполнен в виде ручной кладки из бутового камня. В современном промышленном строительстве в таком виде он почти не используется.

Интересно, что кое-где дальше, на других домах, куски рваного, неотшлифованного камня были оштукатурены, а тут по какой-то причине так и остались «голые». Я даже знаю, откуда был привезен этот камень – из Макарьевского карьера, что под Свирском. Там прошло моё детство, с 1945 по 1958 год, я часто бывал на том карьере – высоченной горе, откуда добывалась порода.

Подтверждение этому я нашел в книге бывшего начальника технического отдела АУС Мартемьяна ПАЗДНИКОВА «Ангарское управление строительства, 1948-1990» (на странице 25). Эта книга памяти хранится в отделе краеведения Центральной библиотеки. Но не камень интересен сам по себе, а люди, которые ручной кладкой сделали наш город самобытным.

Поэтому я люблю иногда, проходя мимо, будто ненароком положить руку на пыльный серый камень и недолго так постоять. Будто прикоснуться к живой истории.

Цоколь таких ангарских домов высотой примерно 2,5 метра и 0,6 метра толщиной, уходящий в подвалы, которые раньше использовали как бомбоубежища. Когда я первый раз очутился в таком подвале, просто онемел. Какую же физическую силу надо было иметь строителям (сначала это был «спецконтингент», а потом вольнонаемные), чтобы привезти эти глыбы на бортовых машинах и аккуратно сложить! Так что здания до сих пор стоят как литые. Ни одной трещинки. Это же живая история. Гимн ручному труду. Да еще какому!

Я в Европе не был, но знаю, что там буквально молятся на места и сооружения, которые сохранили интересную фактуру, отпечаток ручной работы. А они, оказывается, есть и в нашем молодом по историческим меркам городе.

Оксана ТИХАЯ,
фото Николая СТЕРНИНА


Сабир Абдуллаевич КУШИИНОВ (деда Сабир), 75 лет, таксист, в Ангарске с 1963 года:

Раньше все были братья
Как город стал второй Родиной


Такси, стоящие в ряд возле Центрального рынка, - один из брендов города. Мужики кормили семьи извозом ещё в 90-е. И сейчас так же кормят. Деда Сабир здесь старожил.

- Я из Азербайджана. Но Ангарск - это уже моя родина. В 20 лет я сюда приехал. В Читинской области в стройбате служил, станция Даурия (в то время три года было). Приехал какой-то начальник отсюда туда, полгода осталось до дембеля, и говорит: «Кто поедет на стройку, на полгода раньше освободится». 500 человек нас согласились. Нас поездом сюда привезли и кто какой специальности определили. И так я остался. Монтажником работал, был Героем Социалистического Труда. Потом выучился и пошёл шоферить на автобазу. Потом 24 года начальника возил. А тут раз – Советский Союз распался. Ищите работу! И я начал здесь работать, на рынке. И до сих пор здесь стою с 91-го года. Пенсия маленькая – 12 тысяч.


Здесь много не заработаешь – день хорошо, день плохо. Раньше мы торгашей возили, а сейчас даже торгаши на автобусах ездят.

Когда приехал, Ангарск хороший город был, маленький, чистенький. Улицы поливали, помните? Спокойный. А сейчас беспредел. Люди богатые стали, на машинах каких ездят! А такому простому человеку, как я, на «семёрке» невозможно. Попробуй его обгони – сигналит, догоняет! Жить в городе труднее стало.

Мы раньше, рабочий класс, лучше жили – работа была. Не понравилось, ушёл на другую работу. А сейчас устроиться молодые не могут. Я шофёром работал, комната была в общаге в 88 квартале. 40 с лишним лет в общаге жил и квартиру не хотел. Зачем?

Сына здесь один растил после того, как первая жена умерла. Жён из Азербайджана сюда привозил – и первую, и вторую. Зарабатывал хорошо – эти деньги отправлял домой. Каждый год домой ездил! В пятницу по вечерам в рестораны ходили. Какой был ресторан «Кедр» в гостинице «Сибирь»! «Тайга», «Саяны». В них мест даже не было по вечерам – столько народу было, и денег всем хватало.

Раньше идёшь по Ангарску, как в сказке. Парк «Нефтехимик» раньше самый красивый в городе был.

Изменений сейчас много в Ангарске. Я по городу езжу каждый день, вижу. Когда КАНУХИН был, лучше в городе было. А сейчас какие дороги у нас? Поездите по кварталам – невозможно! Вот идите на улицу Пушкина, на ФЗО, увидите. Микрорайон, вроде новые построены дома, а тротуары яма на яме. Ужас! Такого не было никогда.

В 2014 году я отсюда уехал в Азербайджан. Инфаркт у меня случился тогда. Решил умереть, где родился. Полтора года там жил. Там дом у меня, племянники живут. А сын мой сказал: «Папа, я не могу в деревне жить». Работы нет, денег нет. Он же ангарчанин, всю жизнь здесь. И уехал обратно. И через полгода мы с женой за ним вернулись. То, что я продал здесь, когда уехал, комната, машина – так и не вернул. Снимаю квартиру. Пенсию получаю 12 и 10 за квартиру отдаю. Сыну 28 лет, в охране работает.

Раньше мы все вместе жили в СССР. Братья были. А сейчас садятся в машину, обзывают всяко: «Чурки развелись тут!» Я говорю: «Сына, ты ещё не родился, я здесь жил».

Я всё-таки решил совсем туда уехать. Не могу здесь. Только на еду работаю.

Анастасия ТЮЛЬПАНОВА,
фото Николая СТЕРНИНА
Материал к публикации подготовил Администратор.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.