Официальный сайт Ангарской газеты «ВРЕМЯ»

» » Геннадий Борисович БЕЛКИН: Бери и делай!

Геннадий Борисович БЕЛКИН: Бери и делай!

Фото: Николая СТЕРНИНА
Общество / Собеседник
234
0
Беседовала Ирина СУТЫРИНА

Сегодня наш собеседник – Почётный гражданин нашего города Геннадий Борисович БЕЛКИН. 4 ноября ему исполнилось 90 лет. Острый ум, феноменальная память, обостренное чувство справедливости. Поговорить с таким – большая удача.

- Если всю Вашу кровную родню посчитать, большая семья получится?

- Количество будет небольшое, потому что наша семья пострадала от репрессий. Маму, она немка с Поволжья, осудили по наговору в 1938 году, дали 8 лет лагерей. В 1943-м мама погибла на лесоповале в Коми.

Сразу же после ареста мою пятилетнюю сестру забрала тетка. Я несколько десятков лет не мог ее найти. Часть родни, брата по матери, уехала в Германию. Дед по материнской линии имел мельницу. Его раскулачили, мельницу, дом и корову отобрали. Оставили без ничего, как многих других в России.

В 1941 году меня отправили с другими детьми эшелоном в Сибирь. Отец остался на Урале, на производстве. Я год прожил в Новосибирске, потом вернулся к отцу. Там учился, работал на заводе, окончил школу, поступил в Уральский политехнический институт.

- Почему туда?

- Я уже работал на станке, точил мины, для меня все это было близким и понятным. Пошел на инженера-электрика. Позже, в Сибири, это очень пригодилось. В Майске тогда была Китойская ремонтно-восстановительная организация. Там было очень много трофейного немецкого электротехнического оборудования разных фирм. Оно было демонтировано для комбината вместе с технологическим оборудованием, доставлено и просто свалено в кучу. Надо было все разбирать, ремонтировать. Нас, вольнонаемных, было несколько человек. Остальные зэки (здесь их было сто с лишним тысяч, в основном по 58-й статье). Они оказались очень толковыми и грамотными людьми... Разобрали, отремонтировали, начали наладку. А я уже работал на комбинате руководителем монтажно-наладочного участка.

- Для руководителя Вы были очень молоды. Это была обычная ситуация?

- В ту пору никаких протекций не было, за меня некому было говорить. Просто я понимал, что делать и как. Видимо, это было заметно. А Володя КИРШНЕР был кабинетного склада, он руководил конструкторским бюро, знал немецкий язык. Я стал начальником механического цеха. Наш друг Лева ПЛОТКИН - начальником трансформаторного цеха. У всех троих было высшее образование, все логично.

В 1956 году был назначен главным инженером. Министр электротехнической промышленности СССР А.К. АНТОНОВ был человек очень мобильный, старался везде бывать. К нам съезжались по 6-7 министров, потому что задача стояла глобальная – построить комбинат, дать стране искусственное жидкое топливо. Шла очень напряженная работа, каждый день оперативки - на месте, в бараке, в зоне. Где-то сбой - тут же разбирают ситуацию. Так на комбинате очень быстро накапливался потенциал инженерно-технических работников.

Нам дали площади бывшего Китойского ремонтно-восстановительного завода, четыре корпуса. В какой-то момент я нарисовал чертеж, планировку, приехал в Госплан, подал записку: что у нас есть, как работаем, какие заказы выполнили, что надо развивать. В 1956 году было принято решение о строительстве нового завода. Завод построили и назвали электромеханическим.

Выбор площадки я сделал сам, на том месте было болото, утки. Одновременно я был и директор производства, и директор строящегося завода. Набор кадров, обучение – все шло на месте. Очень помог Иркутский политехнический институт. На новом заводе применяли разделенную технологию. В день делали 200 панелей, все индивидуального исполнения. Это как если бы на одном конвейере делать автомобили разных марок разной комплектации. Кафедра ЭВМ Е.И. ПОПОВА, студенты политехнического института, преподаватели буквально влились в завод, все их дипломы были по нашему заводу. Сейчас говорят о цифровой экономике. Мы ее сделали у нас много лет назад. Всю техническую документацию Володя Киршнер подготавливал в цифру.

- Какие были трудности?

- Все время нужно было где-то доставать материалы. В отделе снабжения 50 человек, руководил ими замдиректора САПОВ Михаил Николаевич. Его закалила война - Калининский фронт, одна винтовка на вагон солдат. Им поставили задачу добыть оружие в бою. Михаил Николаевич хорошо знал людей, был замечательным спортсменом. Однажды к нему пришел корреспондент взять интервью. Сапов (тогда ему было лет 85) согласился поговорить… на лыжне и дал журналисту вторую пару лыж.

У него была необыкновенная способность добиваться поставленной цели. Однажды прекратились поставки на завод бериллиевой бронзы, могло остановиться все производство. Он едет в Липецк, но обращается не на завод, не в обком, а в Академию наук. Там встречается с учеными, ветеранами войны, вместе идут на предприятие, и уже назавтра возобновляются поставки. Вот такая школа жизни была, называлась «бери и делай».

- Геннадий Борисович, многие ангарчане знают о Вашей феноменальной памяти. Вы помните сотни людей по имени-отчеству. В чем секрет?

- Я каждый день делал обход предприятия, и каждый работник завода имел возможность обратиться ко мне напрямую. Тут как в семье. А в семье всех знаешь.

- Вы приехали в Ангарск, когда города, по сути, еще не было. Он сильно отличается от того, какой сейчас? Не по недвижимости, а по духу?

- Тогда комбинат и строители (АЭХК чуть позже), монтажные организации – все они бесконечно контактировали друг с другом. У всех была общая жизнь и судьба. Сейчас комбинат городу никто, каждый живет сам по себе, через год меняются генеральные. Язык общения кардинально изменился.

В наше время мы имели на заводе рост производительности труда 20 процентов в год на тех же площадях, с тем же количеством работников. Не два, а 20! На комбинате были опытные заводы, шла работа по совершенствованию технологии. Сегодня все иначе. Во главе угла – деньги. У того города, каким Ангарск был, были другие интересы. В этой квартире я живу с 1956 года. Мне предлагали коттедж, я отказался: было стыдно перед людьми, ведь все жили в обычных квартирах.

- Какой подарок в юбилей для Вас оказался самым приятным?


- Володи ФЕДЯНИНА, друга сына, он рабочий высочайшей квалификации, сейчас на Иркутском авиазаводе ведет наладку импортных станков. Вот его подарок, вот то, чем он занимается. Это модель из дюрали, а вообще деталь будет сделана из титанового сплава. Это крыльчатка авиационной турбины, лопатки работают на 2000 градусах и не сгорают. Модель сделана на станке за одну установку. В этом суть, в этом ценность. С таких, как Володя, и начинается Родина, а не с тех прохвостов, которые на стартовавшем «Союзе» не закрепили все детали! Сейчас такое стало возможно, потому что ликвидировали систему контроля. У нас на заводе была такая система, был военпред, который имел право остановить любое производство, если что-то делается не по технологии.

- Встречу с какими людьми Вы считаете подарком судьбы?

- По комбинату это наш друг КУТЯЕВ Вадим Михайлович. В любое время дня и ночи он срывался и ехал на комбинат. Вместе не только работали, но и охотились. У нас на комбинате была своя команда – БОГОМОЛОВ, ТАРАСОВ, ДОБРЯКОВ. Никто из них никогда не обманывал. Позавчера звонил НЕПОМНЯЩИЙ, жена трубку взяла: «Володечка, здравствуй!» Он к ней когда-то пришел работать в плановый отдел. Хочу назвать также ЯНКУСА Геннадия Андреевича.

Какие тогда были руководители! Министр среднего машиностроения СССР Ефим Павлович СЛАВСКИЙ. Это была глыба. Работал на износ, спрашивал с себя и с других. 14 лет не был в отпуске. Это была другая эпоха, она ушла.

- В Вашей жизни были моменты, когда казалось, что выхода нет?

- Не было такого, чтобы на меня так можно было повлиять. Недавно я общался с новым прокурором. Сказал, что там-то вырубили лес, разберитесь, накажите, мне позвоните. Он написал мне письмо, они нашли, кто это сделал. Я поблагодарил его. Прямой нормальный разговор. Так и должно быть.

Как-то я был на Байкале, и нас пригласил к себе домой старейший житель Северобайкальска Аполлон Александрович ДОБРЕЦКИЙ. У него замечательная семья, пять сыновей. В разговоре о наболевшем он замечательно сказал: «В сучок растете! Обломитесь!»

- Каким Вам видится будущее Ангарска?


- Ничего плохого не вижу пока. Сейчас болеем, но это пройдет. У Ангарска большой потенциал, который бросить невозможно. Главная проблема сегодня в том, что молодежь уезжает. Нет работы, нет перспективы.

- И что делать?

- А это уже однажды сделал в России Петр Аркадьевич СТОЛЫПИН. Дал народу бесплатно землю со словами: сколько одолеешь. Избавление от налогов и десятина царю. На обзаведение, на дом и 140 рублей подъемных. И только через 5 лет налогообложение. Все. Больше ничего не нужно. И Россия стала кормить Европу маслом.

Фото 1: 2018 год. Геннадий Борисович с правнуком Алексеем во дворе дома в 38 квартале.

Фото 2: 1960 год. Геннадий Борисович БЕЛКИН с сыном Борисом во дворе дома в 38 квартале.



Материал к публикации подготовил Администратор.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.